Еще до Баха в трактате Атанасиуса Кирхера "Универсальная музыка" мы встречаем различение национальных характерных особенностей: "Я утверждаю, что музыканты извлекут пользу из подобных упражнений, без которых они вряд ли создадут нечто великолепное. У французов они научатся стилю hyperchromati-cum et exoticis triplis tumidum1. у англичан - симфоническому стилю, в котором процветает чудесное разнообразие инструмен­тов, у немцев - гармоническому стилю, в котором множество голосов и искусное соединение партий" (процитировано А. Пирро в "Эстетике Баха").

В каждую эпоху в каждой стране каждый композитор имел более или менее индивидуальный стиль. Мы склонны всех их считать сыновьями одной матери. Нам трудно выявить и распо­знать различные стили, поскольку мы ослеплены "вечной красо­той", которая есть не что иное, как "красота сегодняшнего дня". В музыке, если сравнить ее с другими искусствами, мы далеко отстали. Признавая, что Мемлинг был более набожным, более серьезным художником, живописцы знают, как воздать должное также Ватто и Фрагонару. Музыканты же только начинают по­знавать радость исторического подхода.